Обзор законодательства США
Материал из Infopolit.
Содержание |
Англо-американская модель регулирования информационных отношений (на примере США)
Единого закона, предметом которого были бы информационные отношения, в США не существует. В целом, информационные отношения регулируются двумя широкими юридическими концепциями: «свобода слова» (freedom of speech) и «свобода информации» (freedom of information). При этом под первым понимается, как правило, свобода распространения, поиска и получения информации, а под вторым – право на получение информации от органов государственной власти. Эти понятия детализируются в большом количестве пересекающихся законов и судебных решениях по конкретным делам.
В США существует Свод законов Конгресса (US Code). Каждый принятый закон является дополнением или поправкой к определенному разделу Свода. После принятия нового закона, он включается в соответствующий раздел Свода и далее упоминается в юридической практике как параграф Свода. Например, раздел 5 Свода параграф 552a соответствует закону «О частной жизни» 1974 года (Privacy Act). В данном обзоре законы будут упоминаться под теми именами, под которыми они проходили в Конгрессе. Судебные прецеденты (которые играют важнейшую роль в американской системе прецедентного права) упоминаются по названиям дел.
Свобода слова
Свобода слова в США защищается Первой поправкой к американской конституции (часть Билля о правах). Она запрещает существование законов (в формулировке «Конгресс не должен принимать законы, которые…), ограничивающих свободу слова и прессы.
Из общего правила в настоящее время сделано несколько исключений:
- ограничения в области «интеллектуальной собственности»;
- запрет распространения ложной и клеветнической информации;
- ограничения на «коммерческую информацию», т.е. рекламу;
- ограничения на распространение информации частной жизни;
- ограничения на распространение непристойной, пропагандирующей насилие информации.
Примерно с 1970-х годов в результате нескольких решений Верховного суда установилась практика толкования Первой поправки не только как права на распространение информации, но и как права на получение информации.
Ограничения по соображениям общественной и государственной безопасности
В США действует одно из самых либеральных законодательств в мире с точки зрения свободы печатной прессы. Полностью отсутствует какая-либо цензура, газеты свободно печатают статьи на религиозные и политические темы, которые в странах с более строгим регулированием были бы истолкованы как «разжигающие рознь» (hate speech). Многочисленные веб-сайты и издания экстремистских организаций публикуются в США, будучи официально запрещены в Европе. Исторически, в США не существовало концепции «разжигания розни», попытка ввести ее в 1992 году закон штата Минессота, была единогласно признана Верховным судом антиконституционной (дело R.A.V. против Города св. Павла).
Органы государственной власти, как правило, не могут предотвратить публикацию какой-либо информации под предлогом защиты государственной безопасности или безопасности граждан. В крайне редких случаях суд может выдать ордер на предварительный запрет (prior restraint). Издания, добросовестно получившие информацию, вольны ее опубликовать, а обязанность хранить секреты возлагается законом на заинтересованные органы власти или граждан.
Например, в 1971 году газеты The New York Times и Washington Post начали публикацию выдержек из совершенно секретных документов Пентагона, которые были переданы редакции бывшим сотрудником министерства обороны. Департамент юстиции потребовал прекратить публикации, однако редакции отказались это сделать. Через некоторое время суд низшей инстанции вынес судебный запрет на продолжение публикаций, но в течение 15 дней это решение было оспорено в Верховном суде, который признал право газет на публикацию документов.
По сравнению с газетами, достаточно жестко регулируется теле- и радиовещание со стороны Федеральной телекоммуникационной комиссии (Federal Communications Commission, FCC). Основанием для регулирования является закон «О телекоммуникациях» (Communications act), принятый в 1934 году и существенно измененный в 1996.
В США специально запрещено передавать непристойные сообщения по радиоволнам. Американское законодательство четко разграничивает печатные средства и электронные средства массовой коммуникации; при этом считается, что последние обладают большим охватом и большим влиянием. Интернет, при этом, относится к печатным средствам. Попытки ограничить коммуникации в Интернете по соображениям пристойности (Communication Decency Act), были пресечены Верховным судом как антиконституционные.
FCC регулирует распределением частот, лицензирует телестанции и следит за соблюдением норм морали и нравственности на эфирном телевидении. До 1987 FCC года руководствовалась «доктриной справедливого освещения событий» (fairness doctrine), требуя от станций взвешенного и нейтрального освещения спорных политических ситуаций. В настоящее время признано, что эта доктрина являлась нарушением свободы слова, FCC отменила ее по собственной инициативе. Ограничения по распространению информации, существующие для эфирного телевидения не распространяются на кабельное вещание.
Федеральное правительство уполномочено также ограничивать распространение порнографии, считается, что порнография не является предметом защиты по Первой поправке. Для определения того, что является, а что не является порнографией применяется т.н. «тест Миллера», впервые использованный в деле Миллер против Штата Калифорния в 1973 году. Согласно тесту Миллера, произведение может быть признано порнографическим если оно эксплуатирует интерес к сексу для среднего человека по современным общественным стандартам, содержит изображение сексуального акта в оскорбительной манере и не имеет серьезной политической, художественной или научной ценности. Интересно, «общественные стандарты» не являются национальными, т.е. признанное порнографией в одном штате может не быть порнографией в другом. Вообще следует учитывать, что границы свободы слова серьезно различаются от штата к штату. Наибольшей свободой слова пользуются в Калифорнии, где возможно пользоваться этим правом даже находясь на чужой частной собственности – где это право обычно ограничено. Наибольшие ограничения действуют в традиционалистских штатах, таких как Индиана и Теннесси.
Согласно решению Верховного суда от 1982 года, детская порнография не оценивается по тесту Миллера и запрещается независимо от наличия художественной или иной ценности.
В отличие от распространения, владение информацией, сомнительной с точки зрения нравственности, в США никак не ограничивается. В судебном решении по делу Стэнли против Штата Джорджия судья Таргуд Маршалл заявил, что «штату не должно быть дела до того, какие книги читает и какие фильмы смотрит человек, находящийся в собственном доме». В 2002 году в деле Эшкрофт против Коалиции за свободу слова, Верховный суд поддержал это право, признав неконституционным закон «О предотвращении детской порнографии» (Child Pornography Prevention Act) от 1996 года. Суд заявил, что «полный запрет порнографических изображений детей … является излишне широким и неконституционным».
Предварительная цензура кинематографической и видеопродукции отсутствует, однако, действует эффективная система саморегулирования. Ассоциация кинематографистов США (Motion Picture Association of America, MPAA) пользуется системой рейтингов-ограничений и не рейтингованный фильм не может получить сколько-нибудь существенной доли в кинопрокате, что делает систему практически обязательной. В ряде случаев ограничения MPAA строже, чем аналогичные ограничения государственных органов в европейских странах. Поскольку MPAA является негосударственной организацией, их решение невозможно оспорить в суде, однако существуют внутренние процессы урегулирования споров. Кроме того, MPAA не может ограничивать продажу видеопродукции на носителях, в связи с чем нормальной практикой считается выпуск двух версий видеопродукции – более «мягкой» для кинотеатра и более «жесткой» – для видео.
Клевета и ложная информация
В США действует запрет на публикацию клеветнических и порочащих сведений о гражданах, заимствованный из британского права. Однако, по сравнению с Великобританией, законы США намного либеральнее. В 1964 году в деле Нью-Йорк Таймс против Салливана Верховный суд постановил, что газета может быть привлечена к ответственности только за публикацию заведомо ложных сведений с намерением причинить ущерб. Этот критерий является трудновыполнимым. По этой причине, многие иски к прессе, распространяемой в США и Великобритании одновременно, предъявляются именно в Великобритании.
Критерий злонамеренной лжи также распространяется на иски о возмещении морального ущерба. Сатирические произведения и карикатуры пользуются аналогичной защитой. Следует отметить, что данный критерий применяется только в отношении публичных фигур: чиновников, политиков и знаменитостей. В отношении обычных граждан достаточно доказать халатность при публикации недостоверной, непроверенной информации.
В 1974 году в деле Герц против Роберт Велш, инк. Верховный суд постановил, что мнения не могут рассматриваться как клевета. Таким образом, возможно выносить публичные ценностные суждения о личностях, в том числе и крайне негативные. В суде же можно оспорить только факты. В более поздних решениях (Милкович против Лорэйн Джорнэл Ко.), однако, суд ушел от однозначной поддержки «мнений», утверждая, что однозначно разрешенными являются те высказывания, в которых есть указание на их возможное несоответствие действительности.
Регулирование рекламы
До 1970-х годов считалось, что коммерческая реклама не защищается Первой поправкой. Верховный суд считал, что широкие полномочия государства по регулированию коммерции включают в себя регулирование рекламы. Однако, в настоящее время это мнение изменено. В частности, 1976 году Верховный суд отменил запрет на рекламу лекарств, выдаваемых по рецепту на том основании, что информация о ценах лекарств важна для потребителей и что Первая поправка защищает право на получение информации равно как и право на ее распространение.
В деле Город Цинциннати против Дискавери Нетуорк (1993) суд постановил, что решение городских властей о запрете на распространение рекламных изданий через уличные стенды по эстетическим соображением является антиконституционным. Суд постановил, что уличные стенды с рекламными изданиями эстетически ничем не отличаются от обычных газет, и власти города в данном случае не должны дискриминировать издания в зависимости от их рекламного характера.
В 1980 году был установлен т.н. тест Хадсона, критерии, которым должно соответствовать законное регулирование рекламы. Реклама определяется как «информация, направленная исключительно на экономические интересы». При это государство может накладывать ограничения на «формы коммуникации, которые скорее обманут, чем проинформируют общественность, а также относящиеся к нелегальным действиям». Для регулирования информации, которая истинна и не связана с деятельностью, нарушающей закон, применяются 4 критерия:
1. Штат должен доказать существенный общественный интерес. 2. Регулирование должно быть пропорционально этому интересу. 3. Регулирование должно прямо вести к достижению интереса. 4. Регулирование должно быть минимально достаточным.
Это достаточно сложный тест и многие попытки регулирования рекламной деятельности провалились благодаря ему. Например, в 1999 году Верховный суд отменил постановление FCC, которое запрещало телекоммуникационным компаниям использовать персональные данные граждан без разрешения. В 1993 году, в обоснование одного из решений Верховный суд, было, в частности, указано:
«Рынок, как и другие сферы социальной и культурной жизни, является форумом, где расцветают идеи и информация. Некоторые идеи и информация являются жизненно важными, в некоторые не так важны. Но общее правило заключается в том, что распространяющий информацию и его аудитория – а не государство - должны оценивать достоинства представленной информации. Таким образом, даже если коммуникация не имеет других целей кроме совершения коммерческой транзакции, она подлежит защите согласно Первой поправке».
Решение Верховного суда по делу 44 Ликермарт против Роуд Айлэнда (1996), которое отменяло закон штата о запрете ценовой рекламы алкоголя является ориентиром по нескольким причинам. Во-первых, суд отказал штату в больших полномочиях по регулированию рекламы товаров, связанных с «пороками» по сравнению с обычными товарами. Во-вторых, суд отметил, что «Первая поправка заставляет нас быть особенно скептичными по поводу законов, которые призваны держать людей в неведении якобы во имя их собственного блага».
Интересен опыт США в области ограничения назойливой рекламы. В 2003 году Федеральная торговая комиссия (Federal Trade Commission, FTC) издала правила телемаркетинговых продаж (Telemarketing Sales Rule) и взяла на себя полномочия по поддержанию национального списка телефонных номеров, владельцы которых не хотели бы получать звонки от телемаркетинговых служб. Опрос, проведенный в 2005 году показал, что 51% людей, внесших свои телефоны в список «запретный» список, по-прежнему получают нежелательные звонки (но 49% - не получают). FTC ежедневно регистрирует от одной до двух тысяч жалоб в день на нарушение правил телемаркетинговых продаж. При этом, за два года удалось возбудить только 14 судебных дел и наложить только 4 штрафа. В некоторых штатах существуют собственные правила, часто более строгие, чем правила FTC и в настоящее время идет активная юридическая борьба относительно того, какие именно правила имеют приоритет.
Информация о частной жизни
Законодательство США не устанавливает специальное право граждан на информационную неприкосновенность частной жизни, в отличие от физической неприкосновенности. Верховный суд интерпретировал Билль о правах таким образом, что право на личную неприкосновенность ограничивает государственное вмешательство в некоторые вопросы семейной жизни, такие как контрацепция, аборты или обучение детей чтению.
Такие деликты, как «вторжение на частную собственность» ограничивают возможности граждан узнавать подробности частной жизни других граждан, вторгаясь на их собственность. Однако, они не ограничивают возможность передавать факты от других гражданах, которые они законно узнали.
В одном из решений, Верховный суд постановил, что Билль о правах может препятствовать государству в оглашении потенциально неприятных фактов, о гражданах, например, медицинские данные. Следует учитывать, что это право содержит критическое ограничение: оно распространяется только на действия государства. Вслед за этим решением также принял некоторые законы, которые запрещают органам власти раскрывать некоторую информацию и людях: закон «О частной жизни» (The Privacy Act), например, относится к ряду федеральных агентств, особые законы относятся к департаменту переписей населения и к налоговой службе, есть также закон «О защите частной жизни водителей» (Driver's Privacy Protection Act) , который в целом запрещает штатам раскрывать информацию о водительских удостоверениях. Многие штаты ввели похожие законы, которые относятся к их штатам и местным властям. Эти законы, однако, не распространяются только на органы власти и не вводят ограничений для частных лиц.
Существуют также законы, регулирующие гражданские правоотношения в связи с информацией персонального характера. Федеральные законы запрещают компаниям кабельного телевидения и видео-магазинам раскрывать информацию о предпочтениях своих клиентов. Профессиональные законы штатов запрещают адвокатам, докторам и некоторым другим распространять конфиденциальную информацию, полученную в результате контактов с клиентами. Наконец, клаузы о «распространении фактов о личной жизни» запрещают всем, включая газеты, публиковать очень неприятную и предположительно не имеющую новостной ценности информацию о всех остальных. Степень неприятности и отсутствие новостной ценности определяется судом в соответствии с усредненными местными представлениями.
Ограничения в связи с «интеллектуальной собственностью»
«Интеллектуальная собственность» и авторское право не являются темой исследования в настоящий момент, тем не менее, некоторые его аспекты в опыте США являются интересными с точки зрения регулирования информационных отношений уже на этом этапе.
В 1998 году в США был принят Закон «Об авторском праве в цифровом тысячелетии» (Digital Millennium Copyright Act, DMCA), который запрещал распространение средств, используемых для обхода средств защиты от копирования. То есть помимо собственно запрета на неавторизованное распространение авторских произведений, вводился запрет и на программные средства, используемые такого распространения.
В этот момент возник вопрос, не являются ли программы формой выражения свободы слова. В результате ряда судебных решений (например, DVD-CCA против Баннера) было определено, что программный код подпадает под защиту Первой поправки, и тем не менее, в данном случае у государства есть основания для запрета такой формы самовыражения. Несмотря на явный судебный запрет, программы для обхода средств защиты от копирования, являвшихся предметами судебных исков, широко доступны через Интернет, в том числе в форме футболок, рассказов, поэзии, звуковых и графических файлов и даже в виде простого числа.
Криптография
После Второй мировой войны в США были введены ограничения на экспорт криптографического оборудования, программных средств и даже их описаний. Однако, после широкого распространения телекоммуникационных сетей в 80-х годах правоприменение по данному з по специальному заказу криптооборудования, и на экспорт консалтинговых услуг в данной области.
Свобода информации
Закон «О свободе информации» (Freedom of Information Act, FOIA) был принят в 1966 и вступил в силу в 1967. Дополнения к нему в виде закона «Об электронной свободе информации» (Electronic Freedom of Information Act) были приняты в 1996 году. Действие этого закона распространяется только на федеральные органы исполнительной власти за исключением президента США (на которого распространяется отдельный Presidential Records Act). На уровне штатов существует аналогичное законодательство, в каждом штате свое и, порой, довольно сильно различающееся.
Согласно принципу свободы информации, федеральные власти обязаны обеспечить доступ для граждан ко всей информации, кроме отдельных, специально оговоренных категорий. Закон предусматривает ответственность за незаконное сокрытие информации: "если сотрудники агентства вели себя самовольно и без достаточных оснований касательно сокрытия документов, Специальный совет должен немедленно начать расследование с целью выяснить необходимость наложения дисциплинарного взыскания". Граждане также могут самостоятельно обратиться в Федеральный суд с иском, причем такие иски рассматриваются в первоочередном порядке.
Существует 9 возможных исключений из общего правила о свободе информации:
1) cсоответствующим образом засекреченная информация, затрагивающая национальную безопасность;
2) внутренние инструкции которые либо слишком тривиальны, либо разглашение которых влечет риск нарушения закона;
3) информация, предоставленная негосударственными контракторами в процессе подачи заявок на конкурс и составляющая их коммерческую тайну, кроме случаев, когда эта информация впоследствии включается в контракт;
4) коммерческая информация, полученная на условиях конфиденциальности;
5) служебные меморандумы, внутренние и межведомственные, которые не будут доступны и в случае судебного разбирательства;
6) информация личного, медицинского характера, разглашение которой будет означать вторжение в частную жизнь (кроме запросов граждан о самих себе), подробнее см. главу «Информация о частной жизни».
7) информация правоохранительных органов и информация, которая позволит вмешаться в процесс отправления правосудия;
8) информация органов власти, отвечающих за надзор над финансовыми учреждениями;
9)географическая и геофизическая информация, касающаяся расположения скважин.
Орган власти, получивший запрос от гражданина (FOIA request) обязан в течение 10 дней предоставить первичный ответ (который не обязательно должен содержать всю запрошенную информацию). Часто выдача копий документов производится за плату, однако она не превышает стоимости копирования. Во многих ведомствах есть специальные читальные комнаты, открытые для всех.
Судебная система
Чтобы установить, имеет ли право публика присутствовать на конкретном судебном заседании, Верховный суд США применяет два критерия. Во-первых, суд устанавливает наличие исторического прецедента - допускалась ли публика традиционно к такого рода заседаниям. Второй критерий - это ответ на вопрос, будет ли присутствие публики играть положительную роль на данном заседании. Этим признается та опасность, которая заложена в возможных действиях чиновников против граждан за закрытыми дверьми.
Применяя эти критерии, Верховный суд США вынес решение, по которому, согласно Первой поправке, публика вправе присутствовать на уголовных процессах, на предварительных слушаниях, при отборе присяжных. Даже когда свидетельские показания дает малолетняя жертва полового преступления, для присутствия публики в целях наблюдения за беспристрастностью правосудия требуется, чтобы публика имела презюмируемые права на это. Когда же дело решает судья без присяжных, считается, что у публики возникает более сильная заинтересованность наблюдать за таким делом. Совещание присяжных проходит за закрытыми дверьми для «свободного и откровенного обсуждения», а также для соблюдения тайны совещания присяжных.
Право на сбор информации
Граждане США свободны в поиске и сборе информации. Однако, если, в поисках информации, граждане физически вторгнутся на территорию частного владения или начнут вести тайное наблюдение (в том случае, если такого рода поведение запрещено законом), то они могут предстать перед уголовным или гражданским судом. При этом, американская правовая система исходит из того, что журналисты пользуются не большим правом доступа, чем остальные граждане.
Однако, в некоторых штатах журналистам предоставлены привилегии по сравнению с рядовыми гражданами. В частности, в штатах Калифорния и Огайо существуют законы, конкретно адресованные средствам массовой информации, по которым журналисты вправе иметь доступ к местам чрезвычайных происшествий. По законам штата Калифорния полиции в большинстве случаев запрещается не пускать журналистов к местам происшествий или катастроф.
