04.05.2006 -- Милиционерам запретили общаться с журналистами
Материал из Infopolit.
С 25 апреля сотрудникам милиции Петербурга и Ленобласти запрещено общаться с журналистами без санкции пресс-службы ГУВД. Тот, кто ослушается приказа, будет нести персональную ответственность. Как сообщает петербургское интернет-издание «Фонтанка.Ру», соответствующее распоряжение сделал начальник ГУВД Михаил Ваничкин: телефонограмма за его подписью поступила 24 апреля во все подразделения. Необходимость такого решения объясняют приближающимся саммитом «Большой восьмерки» и «повышенным в связи с этим интересом СМИ к работе правоохранительных органов города».
Агентство национальных новостей приводит оценку правовой стороны вопроса почетного адвоката РФ, президента адвокатской коллегии Нарышкиных Константина Федорова. По его мнению, решение начальника ГУВД нарушает конституционное право граждан РФ на информацию и попирает целый ряд статей Закона РФ о СМИ. Прежде всего, по ст. 58 Закона РФ о СМИ, говорящей об ответственности за ущемление свободы массовой информации: в частности, за установление ограничений на контакты с журналистом и передачи ему сведений, не содержащих государственной тайны (п.7). Нарушение ст. 58 влечет уголовную, дисциплинарную, административную или иную ответственность должностного лица.
Ст. 3 Закона РФ о СМИ говорит о недопустимости цензуры, то есть требований предварительных согласований на публикацию материалов. Замкнутость всей информации на пресс-центре ГУВД – не что иное, как проявление цензуры. Ст. 38 того же закона говорит о праве журналиста на получение оперативной информации о деятельности госорганов или должностных лиц. И этот перечень, посвященных саммиту противоречащих Закону и Конституции ограничений, можно продолжить. Действительно, речь не идет о сведениях, составляющих гостайну – интерес СМИ работе милиции до и во время саммита G8 в основном касается исключительно рабочих моментов и главного вопроса: сможет ли ГУВД (совместно, разумеется, с другими компетентными в этих вопросах службами) обеспечить безопасность участников саммита и всего города. В этой связи совершенно очевидно, что глава ГУВД хочет «закрыться», чтобы не быть уязвленным. Одним приказом созданы условия, когда любая утечка в СМИ будет трактоваться как дисциплинарный проступок. Теперь все «конфиденциальные источники» трижды подумают, прежде чем выложить знакомым журналистам очередную правду-матку о своей нелегкой службе.
Проходить в эфир будет только согласованное, то есть утвержденное пресс-службой. В то же время нельзя согласиться с юристом Федоровым в одном: нельзя считать введение согласований с пресс-службой фактом осуществления цензуры. Потому что никакого предварительного согласования материлов в СМИ не вводится. Скорее, здесь другое – нарушение конституционного права на свободу слова. Но пострадавшая сторона здесь никак не СМИ, к которым апеллирует Федоров, а сам сотрудник МВД, которому запрещают рассказывать журналисту то, что он, может быть, хотел бы рассказать. И вот привлечение сотрудника к ответственности за несанкционированное общение со СМИ, видимо, будет иметь хорошие судебные перспективы.
В любом случае ситуация наглядно демонстрирует: открытость информации о деятельности органов власти напрямую связана с эффективностью их работы. По крайней мере там, где эффективности нет – там и открытости нет. И наоборот.
Вадим Жарко
